karga_golan (karga_golan) wrote,
karga_golan
karga_golan

«Войцек» Бюхнера в Камерном театре

В Камерном театре в Тель-Авиве в погоне за зрителями и абонементами, на семи площадках умело чередуют пьесы всех сортов: американских драматургов 20-го века, скомпонованные из реплик для двух-трех-четырех-не больше актеров, разыгрывающих партии как экзерсисы из учебника по теории шахматной игры. Массово-грандиозные – такие как «Скрипач на крыше» с музыкой и декорациями в два этажа. Сцены из израильской жизни – обязательно есть персонаж в лапсердаке и обязательно еще один – с явственным русским акцентом. Сатира по Ханоху Левину, французская комедия, немного Рины Иерушалми и обязательно Эдна Мазия.

Для увеличения нажми на меня!

 

В Камерном театре по состоянию на ноябрь 2010 засушливого года идет 26 спектаклей. Потому часты премьеры, одна из последних - «Войцек» по пьесе Георга Бюхнера, едва ли не главного немецкого драматурга 19 века, создателя реалистичной драмы, умершего в 24 года и успевшего написать всего три пьесы. При этом одна из них, драма «Пьетро Аретино», утрачена, а другое, самое известное сочинение Бюхнера, «Войцек», так и осталось незаконченным и было опубликовано через много лет после смерти автора – его нашел и восстановил исследователь и писатель Карл Эмиль Францоз, первый, кто прочел и опубликовал пьесу, получив доступ к рукописи в 70-х годах позапрошлого века, когда рукопись серьезно выцвела, и для восстановления текста понадобилось воздействие химических реактивов. Реактивы сильно попортили бумагу, и сегодня полное восстановление оригинального «Войцека», несмотря на появление разнообразных технологий и способов, практически невозможно. К тому же страницы рукописи не были пронумерованы и были найдены в полном беспорядке.

Так что пьеса, наполненная символами, дает простор для интерпретаций. Кто знает, что на самом деле думал молодой Бюхнер, прочитавший в газете о неком несчастном солдате, убившем свою возлюбленную и потом утопившемся в пруду? История Войцека оказалось созвучна столь многим и многому, что полустертые строчки жуткой истории были оживлены и возбуждают умы до сих пор – своей страшной наивностью, простотой убийства, легкостью и доступностью жестокости, иерархией социальной несправедливости и властью сильных. История, ставшая почти абстрактной и прозрачной - дикая в своей простоте, в незатейливости нравов – и может потому столь популярная у молодых режиссеров. В Камерном ее поставил Итай Тиран, он же сыграл главную роль - забитого Войцека, маленького человека, пытающего восстать против своих мучителей, но сил у него хватает только на то, чтобы погубить свою любовь, а потом свою жизнь.

«Войцек» Итая Тирана, прославленного израильского Гамлета, - музыкальный, молодежный, едва ли не зонг-опера, почти мюзикл, но к счастью до них не дотягивает, потому как страдания Войцека благодаря Итаю Тирану - не картонные и не спеты, а мучительно-настоящие, вызывающие чувства сострадания и сопереживания, желание встать и что-то сделать, добиться хоть какой-то справедливости, привнести хоть толику счастья в серую жизнь сирых. Но тому по Бюхнеру не бывать, пьесу молодой гений написал абсолютно беспросветную, а молодые таланты Камерного этой трагедии подпевают и подыгрывают в буквальном смысле, гипнотизируя ритмом, темпом и напором, начиная с первой же секунды, с первой минуты, когда звучит песня-марш, когда литературные фигуры оживают и готовы своим напором смести ряды стульев, зрителей, стены театра, вырваться наружу и изменить этот мир.

Для увеличения нажми на меня!

Для увеличения нажми на меня!

Психологически убедительный лаконичный гротеск немецкого экспрессиониста с неизбежными аллегориями и библейскими ассоциациями. На сцене - антураж сумасшедшего дома. Злобные, мерзкие, карикатурно-картонные персонажи из страшной готической сказки - лекарь-садист, офицер-извращенец, пациент-юродивый, любовница - продажная девка за красные серьги-стекляшки, сверкающие каплями крови. На их гротескном фоне каково самому не сойти с ума? Невозможно, и нервный импульсивный, дерганый как марионетка Войцек, поддавшись общему безумию, крутится как белка в колесе (в буквальном смысле – колесо, иеузитский спортивный снаряд, выстроено на сцене), приходя все в большее отчаяние от звенящей беспросветности, бессмысленности и пустоты бытия.

«Ведь это, должно быть, хорошая вещь - добродетель, господин капитан. Но я только бедняк» - говорит Франц Войцек.

Войцек спрашивает, а Итай Тиран заставляет своей постановкой этот вопрос услышать - «почему мы так позволяем обращаться с нами и нашими жизнями?» Почему люди рождаются равными младенцами, а потом превращаются во враждующих злобствующих животных? Вопросы вечные, ответа на них нет, но молодые все равно пока его - ответ - ищут, ставя такие вневременные непростые пьесы. Современные зонги при этом нисколько не мешают, а декорации настолько беспросветны – клетки, грязная ванна, провода, серые стены – что подчеркивают вневременность. Приюты для безумцев существовали всегда, но как поет Войцек - Итай Тиран - сейчас мы загоняем в них самих себя. Физические и душевные муки неудачливого бунтаря Войцека - убийцы и жертвы одновременно - передаются в зал, кровь пульсирует на сцене, гирлянды безумств нанизаны на ось действия, спокойно наблюдать за происходящим становиться невозможно - надо бежать, кричать, бороться. Только вот куда? Это спектакль, его музыка, его зонги смогли взбаламутить то, что давным-давно осело на донышке души – и плохое и хорошее.

Из энциклопедии:
вторая пьеса Бюхнера - «Войцек» (Woyzeck, 1837), включает 27 сцен, повествующих о реальных исторических событиях и горестной жизни солдата. «Пассивный по натуре, всегда во власти обстоятельств, Войцек беззащитен как перед внешним гнетом, так и перед собственной смутной страстью». Про Бюхнера стоит добавить, кстати, что это именно ему – юному приверженцу справедливости принадлежит первый революционный слоган «Мир хижинам, война дворцам» - и что жил он в Цюрихе на Шпигельглассе, где много лет спустя поселился российский юрист по фамилии Ульянов.

Сюжет пьесы довольно прост и взят то ли из газетной криминальной хроники, то ли из специального издания по психиатрии: Иоганн Кристиан Войцек был полковым брадобреем в Лейпциге, типичным забитым маленьким человеком. Армейский доктор изводил его жестокими экспериментами, командир-капитан унижал, и затравленный Войцек убил свою возлюбленную, недавно родившую ему ребенка. А потом, не вынеся душевных мук, утопился в пруду.

Сайт Камерного театра - cameri.co.il

Маша Хинич, tarbut.ru

 

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments